Евгений Кукаркин

СКОРОВАРКА

Начальником технологического отдела цеха была пожилая мымра. Эта фурия ни когда не наносила макияжа, одевалась до безобразия просто в какой то глухой балахон, неопределенного цвета, и ни разу не распускала волосы, они у нее всегда были скатаны в комок на затылке. Зато следила за нами, как сыщик, не разрешая расслабится ни на минуту. - Григорий Павлович, - это ко мне, - Эдуард Максимович, - это уже к моему коллеге, - приехал рефрижератор. Проконтролируйте приемку и закладку мяса. Мы послушно поднимаемся и тут же получаем замечание. - Эдуард Максимович, наша работа любит точность, прошу вас не оставляйте документы на столе, уберите их и сдайте в первый отдел, а вы, Григорий Павлович, в прошлый раз оставили в столе расчеты по закладке мяса. Это большой промах в вашей работе. Я прошу, чтобы это было в последний раз. - Хорошо, Инна Сергеевна, - вяло ответили мы и начали убирать бумаги. Я тщательно проверяю стол, лишнюю бумагу демонстративно бросаю в крошильный автомат и включаю его. Слышится вой довольной машины и вскоре мелкая труха посыпалась в отходную корзину. Эдуард в это время смылся в первый отдел.

В рефрижераторе привезли парную баранину. Приемщик, пожилой мужик дядя Федор с группой солдат раскладывает каждую тушу на столе и тут же ее взвешивает. Эдуард стоит рядом, с листом бумаги и записывает состояние мяса и его вес. Его дублирует весовщица Клава, которая громко кричит, после каждого взвешивания, примерно так. - Сорок четыре килограмма, сто восемьдесят грамм. Я понимаю, это для нашей мымры, которая подключилась к видеосистеме и сейчас следит за нашими действиями. Мясо, после взвешивания, везут в промывочную и разрубочную. Моя задача проследить этот процесс. В больших ваннах с холодной проточной водой четыре женщины щетками скребут тушки. - Маша, - зову я одну из них, - вот здесь не доскребла, под ляжкой пятно. Добросовестная Маша послушно подбегает ко мне.