Нашёл я его так же, как и адвоката: обратился за справкой в суд. Там поначалу заартачились, начали задавать какие-то дурацкие вопросы, но потом ничего, дали адресок. И я пошёл. Будь что будет!

Собственно, это был не прокурор, а прокурорша. Молодая дамочка лет тридцати, суровая, непримиримая, в очках. Дверь открыл её муж, здоровый мрачный битюг с вилкой в руке и в рваных шлёпанцах.

- Ну? - Он был груб и не пытался скрыть этого.

- Мне бы... - замялся я, - прокурора повидать... по делу...

- Лен! - крикнул он куда-то вглубь квартиры. - К тебе!

Он ушёл, а я остался ждать. Наконец появилась она, прокурорша.

Она была в простеньком халате, без очков, с распущенными волосами, и теперь, в домашней обстановке, совсем не походила на сурового блюстителя закона.

- Вы ко мне? - казалось, она была немного удивлена. Меня она поначалу не узнала.

Я кивнул.

- К вам.

И тут в глазах её мелькнул испуг. Она отшатнулась, прижалась спиной к стене.

- Вы!..

Ага, признала! Сейчас муженька на подмогу позовёт, и полечу я отсюда кубарем, носом считая ступеньки на их лестнице.

Однако я ошибся: не позвала.

- Зачем вы пришли? Что вам здесь надо?

Я неуклюже топтался на пороге, машинально мял в руках свою кроличью шапку и не знал, с чего начать. Действительно, с чего?

- Поговорить хотел... но если я не вовремя, скажите - уйду...

Она внимательно посмотрела на меня. Похоже, мой нелепый, нерешительный вид вселил в неё уверенность.

- Говорите.

Я собрался с духом.

- Меня неправильно оправдали.

И я выложил ей всё. Всю душу обнажил, все нарывы свои гнойные вскрыл.

- Значит, всё-таки вы, - произнесла она, странным взглядом оценивая меня. - Вы убили.

Я обречённо кивнул.

- Так я и знала.

Она закурила, продолжая настороженно коситься на меня. Минут пять молчала.