"Значит, умирать будем... – как-то отстраненно, вроде бы и не о нем речь шла, подумал Сумин. – Обложили, гады, не дернешься... И чего они тянут?!" А действительно, чего?.. Пока придут с работы жильцы других квартир?.. Что-то здесь не так...

И тут же отставного полковника будто током ударило! "Да они же Татьяну с Настенькой ждут!" – пришла в голову жуткая мысль.

Тридцатилетняя дочь Сумина, Татьяна, тоже, кстати, работник милиции, старший следователь одного из райотделов, жила вместе с отцом. Ее муж, теперь уже, правда, бывший, тоже в свое время "ходил под погоном"... Пока не спился в вечной борьбе с нескончаемым стрессом и не превратился из подающего большие надежды блестящего опера в обычного ханыгу-бухарика с трясущимися руками и головой. Не обременял себя работой, втихаря потаскивал из сумочки жены "сотки" и "полтинники" да еще и руки распускал, изображая из себя воспетого Шекспиром ревнивого мавра.

Федор Михайлович некоторое время терпеливо наблюдал со стороны, как рушится семейная жизнь единственной дочери, ни во что не вмешиваясь, – в конце концов это был ее выбор... Но когда в один далеко не прекрасный день ему позвонил старый приятель, нынешний начальник дочери, и сообщил, что она не вышла на работу из-за явных следов побоев на лице, Сумин принял самые решительные и радикальные меры.

Полковник, наплевав на свои должность и положение, в кровь избил бывшего зятя, не обратив внимания как на разницу в возрасте, так и на разницу в весовых категориях, после чего перевез и дочь, и пятилетнюю внучку в свою квартиру, предоставив бывшему отцу и мужу возможность полностью отдаться пороку.

Дочь, а тем более внучка – прекрасный аргумент для воздействия на него, если ему вдруг придет в голову заартачиться и отказаться от "сотрудничества" с этими гоблинами. Но самое страшное в том, что после того, как он все полностью расскажет, их тоже прикончат... И хорошо, если просто убьют...