Решение пришло само собой – ящик! Хвала советским архитекторам, проектировавшим такие тесные квартиры, в которых можно было переночевать, отдохнуть перед продолжением затянувшегося похода в "светлое будущее", но вот жить... Сложновато. Постоянная жилищная теснота заставляла хозяев клетушек мудрить, используя в своих целях каждый свободный метр прилегающей к "мини-крепости" площади.

Федор Михайлович ухватился за металлический уголок и попытался подвинуть запертый на два навесных замка короб. Бесполезно... Вроде как кирпичами набит. Даже с места не сдвинулся...

Но сейчас это был единственный путь к спасению – другой возможности Сумин просто не видел. И, немного присев и покрепче уперевшись ногами в стену, он плечом нажал на угол ящика... Бесполезно. Проклятая бандура не хотела шевелиться...

Сумин сделал несколько глубоких вдохов, вентилируя легкие, на какое-то мгновение полностью расслабился, а потом опять навалился на неподатливый ящик, полностью вкладываясь в одно-единственное усилие. От нечеловеческого напряжения в глазах отставного полковника потемнело, казалось, вот-вот порвутся мышцы ног и спины. Что-то хрустнуло в левом подреберье. От боли и отчаяния Сумин хрипло застонал... И в этот момент, негромко скрипнув металлом по бетону, проклятый ящик сдвинулся с места!

Не позволяя себе расслабиться, Федор Михайлович протолкал короб те полтора метра, что были ему нужны. А потом, полностью обессиленный, сполз на холодный бетон рядом. Некоторое время неподвижно сидел, опершись спиной на ящик и прикрыв глаза. Болело все тело – ноги, плечи, спина. Тупо ныла левая сторона груди. За какие-то секунды Сумин устал так, как не уставал за всю свою жизнь.

Но надо было выполнять задуманное. А времени для этого оставалось все меньше...

Опираясь на ящик, Федор Михайлович тяжело, в два приема, поднялся на ноги. "Совсем старый стал..." – недовольно подумал он и неловко полез на импровизированную подставку. Вот теперь было то что надо – руки Сумина без каких-либо прыжков легко легли на вторую ступеньку лесенки.