Поэтому эти строки должны восприниматься не просто как рассуждения о форме романа. Это в то же время рассуждения и о содержании романа. Ведь на протяжении двух тысяч лет содержание романа было уложено в прокрустово ложе формы. Я считаю, что этому пришел конец. Каждый роман должен выбирать свою собственную форму, каждая история должна искать и находить свое собственное тело... Компьютеры доказывают нам, что это возможно. Но даже если вам не нравятся компьютеры, посмотрите, чему нас учит архитектура.

Архитектура меняет нашу жизнь. Литература, если рассматривать ее как архитектурное сооружение, также может изменить нашу жизнь. Роман может быть домом. По крайней мере на какое-то время.