А когда не по-человечески, то лучше и не спрашивайте. Однажды они сломали черпак, которым размешивают в котле мыло, в другой раз искрошили шесть огромных кусков мыла, а был и такой день, когда они в куски разнесли икону, разбили три оконных стекла и сломали железную кочергу. И все оттого, что у них дурная привычка, разговаривая не по-человечески, держать в руках какой-нибудь предмет. Ну, а уж если человек держит в руках предмет, то он непременно должен его каким-то образом использовать.

Слон между тем как и всякий слон: ему и дела нет до семейных сцен. Он знай себе наносит убытки хозяину, глотает все, что попадет ему на глаза, занял весь двор, так что и пройти нельзя. Общипал все тутовое дерево и сломал маленькую вишню, которую госпожа Сойка собственноручно посадила на следующий день после свадьбы (тогда она еще надеялась, что у нее будут дети и что они, когда вырастут, будут называть это дерево «маминой вишней»).

На крыше своего низенького дома Ничко обычно сушил мыло. Слон свободно доставал хоботом кусок за куском и швырял их за забор в дразнивших его мальчишек. Так перебросал он все шесть ок мыла, лежавшего на крыше. Затем набрал воды в хобот, перекинул его за забор, сунул в открытое окно дома, где жил Живко-сапожник, и облил водой всю комнату. Случилось это как раз во время обеда. Все промокли до нитки, а дети до того испугались, что младший потерял сознание, средний разбил голову об стол, а самый старший, который в это время поднес вилку с куском ко рту, сунул ее так далеко, что проколол нёбо. Теща Живко-сапожника ошиблась и вместо двери полезла в большое зеркало и разбила всю голову. Мальчишка-ученик, прислуживавший у стола, опрокинул блюдо с жарким на голову Живко-сапожника, так что у него в некоторых местах тут же полезли волосы. Разумеется, Живко сразу же подал жалобу в суд.

Но и это еще не все. В воскресенье, когда весь народ обычно гуляет по улицам, какая-то учительница шла мимо забора, за которым стоял слон. А слон возьми да и опусти хобот за забор и давай им раскачивать во все стороны. Учительница испугалась, побежала и упала совершенно неприлично. А на улице в это время были и ее ученики, и сам господин окружной начальник видел это, он, правда, не женат, но по своему положению обязан наблюдать за тем, чтоб слоны не подрывали моральные устои, принуждая учительниц к «безнравственному» падению.