На аукцион собралось много народа, почти весь город, и в этом нет ничего удивительного, так как это был самый интересный аукцион из всех, которые когда-либо имели место. Все хохотали, подмигивали друг другу, перебрасывались колкими словечками: только господин Пайя, преисполненный собственного достоинства, гордо восседал в кассе, как человек, который знает свое дело.
Синий стол с ящиком был продан за семь грошей, полкилограмма гвоздей за тридцать пара, большой кусок полотна за девятнадцать грошей, носок выбросили, а при продаже красных занавесок произошло небольшое замешательство, так как многие уверяли, что занавески «безнравственного» цвета и потому не могут висеть на окнах порядочного дома. В конце концов их взял содержатель кафаны за три гроша. Бубен купили цыгане за сорок два гроша. А доску с надписью «Великолепная всемирная менажерия» за девять грошей купил бакалейщик с намерением замазать слово «менажерия» и вместо него написать «бакалея». Покупая доску, бакалейщик уже представлял, какая это будет замечательная вывеска: «Великолепная всемирная бакалея» Пару домашних туфель продали за грош. Мертвую лисицу за четырнадцать грошей, редкое существо socsocus dulicivitoperus продали по цене обыкновенной утки, так как покупали ее на ужин. После того как все это было распродано, в толпе началось нетерпеливое движение, господин Пайя ткнул пальцем в список и произнес строго официальным тоном, сделав ударение на последнем слове: «Выведите слона!»
И тут поднялся невообразимый шум. Со всех сторон посыпались насмешки и шутки. Народ начал хохотать, кричать во все горло, так что голоса господина Паий, несколько раз безуспешно пытавшегося что-то объяснить, совершенно не было слышно. Тогда господин Пайя счел необходимым призвать народ к порядку, что он и сделал, обратившись к собравшимся с весьма убедительной речью: