Итак, чем ответить на американский презент? Василий Сидоров срочно созвал коллектив на минутное совещание, получил единогласное добро — и с грохотом шмякнул перед ошеломленным адмиралом на стол деревянный бочонок икры. Эффект был потрясающим, даже конгрессмены, едавшие омаров на банкетах у Рокфеллера и Ханта, застыли с разинутыми ртами. «Теперь я самый богатый человек в Америке!» — воскликнул адмирал и в порыве чувств тут же, не сходя с места, пригласил Сидорова и меня через неделю на его «Геркулесе» нанести визит на станцию Амундсена-Скотта, расположенную на Южном полюсе, чтобы проделать на тракторе кругосветное путешествие вокруг земной оси.

Из «Ярмарки тщеславия»: «Он так растрогался, что хотел выписать ей чек на двадцать фунтов, но обуздал свои чувства».

Другое высказывание цитирую по памяти (не помню, кому оно принадлежит): «Бойся первого движения души, оно — самое благородное».

Третье: «Говорить — серебро, молчать — золото».

Как уже догадался проницательный читатель, автор хочет сказать, что язык адмирала опередил его мысли. Еще грубее: адмирал брякнул не подумав. Или — попросту забыл? А может, конгрессмены, от которых он припрятал бочонок, взяли его за грудки и спросили: «А за чей счет ты, такой-сякой, будешь возить Сидорова и Санина на Южный полюс? Ты что, икры объелся? Смотри у нас!»

Ну и бог с ним, не на Южном полюсе свет клином сошелся. То есть он именно там и сошелся, но и на Северном меридианы завязаны таким же тугим узлом. Одним полюсом больше, одним полюсом меньше — не в полюсах, как мог бы сказать мой любимый Зощенко, счастье. Ибо полюс, между нами говоря, — это крайность; куда спокойнее жить, придерживаясь золотой середины: тепло, сухо и мухи не кусают.