- Высматривает, сука,- зло пробормотал Мачихин.

- Да, высматривает,- подтвердил сержант тоскливо.

Они оба, нахмурившись, глядели на самолет, который медленно уходил на запад. Не быть бы беде, подумал Мачихин, как бы не высмотрела эта гадина ту деревню и лесок, где Катина часть стоит. Не больно хорошо они там замаскировались: и машины в деревне, и кухни дымили, не дай бог, засечет их, проклятая... Но вслух свои опасения высказывать не стал, но сержант, видать, и без него то же самое подумал, губы сжал и начал нервно цигарку крутить.

Вскоре "рама" исчезла из виду, но на душе у обоих стало тяжело и тревожно. Не обмолвившись ни единым словом, длили они свой привал и в дальнейшую дорогу не торопились... И поглядывали они на запад напряженно, страшась и ожидая, что вдруг услышат они оттуда дальний гул бомбежки, а услыхать должны, совсем недалеко они от того леса отошли.

Уже около получаса прошло, но все было спокойно... Сержант приподнялся.

- Может, пойдем, Мачихин?

- Погодим маленько... Я вот что спрость тебя хотел: ты ведь, наверно, десятилетку кончил?

- Да.

- А я церковноприходскую школу только, но кажется мне, что книг я читал поболее тебя.

- Вполне возможно,- согласился сержант.- Ты ж почти вдвое больше прожил.

- Не в этом дело, сержант,- веско сказал Мачихин, тем самым утвердив свое превосходство перед сержантом, который хоть и имеет среднее образование, но мало в чем смыслит и вообще парень легковесный и несерьезный.

Сержант потянулся, зевнул и сказал, что все-таки пора трогаться, а то они до вечера не дойдут до полевого госпиталя и где тогда ночевать. Мачихин посмотрел на запад, прислушался - все было тихо.

- Слава богу, обошлось вроде...

Мачихин взял бутылку, допил воду и бросил ее в сторону.