Потом я перевел взгляд на человека в гондоле. В свете прожектора «Авроры» он казался белым, точно мертвец. Но вот он слегка пошевелился, рука дернулась.

Стрела шлюпбалки медленно выдвинулась на всю длину.

И все равно она не доставала до гондолы по меньшей мере двух метров.

— Жаль, — спокойно заметил капитан. — Пожалуйста, втяните ее обратно, джентльмены.

Я взглянул вниз и увидел, что вода уже совсем близко. Капитан приказал выпустить немного водорода, чтобы снизиться вместе с воздушным шаром, но спускаться еще ниже было опасно, даже просто безрассудно, потому что в любой момент внезапный порыв ветра или непредсказуемый поток воздуха мог подхватить корабль и швырнуть в море.

— Итак, джентльмены, у нас не слишком много времени, — произнес капитан. — Ситуация простая, и наши действия очевидны. Кто-то должен прицепиться к концу шлюпбалки и, раскачавшись, перелететь в гондолу. Это единственный способ попасть в нее, прежде чем она опустится в воду.

Он взглянул на мистера Кахло, и на мистера Чена, и на мотористов и матросов. Лица их в свете прожектора казались бледными, и ни одно не выражало восторга при мысли о том, как придется болтаться на тонком лине над поверхностью океана.

Я с надеждой затаил дыхание.

Капитан внимательно посмотрел на меня и улыбнулся:

— Мистер Круз, я гляжу на вас, и мне кажется, что у вас единственного нет ни малейших следов страха. Я прав?

— Да, сэр. Я не боюсь высоты.

— Я знаю, мистер Круз. — И он в самом деле знал, потому что я служу на его корабле уже больше двух лет, и он видел, с какой легкостью я передвигаюсь и по «Авроре», и вне ее.

— Сэр, — вступил мистер Чен, — парень не один такой. Позвольте мне пойти.

И все сразу охотно принялись предлагать свои услуги.

— Отлично, джентльмены, — ответил им капитан, — но я полагаю, что мистер Круз и вправду самая подходящая кандидатура. Вы все еще хотите пойти, мистер Круз?