— Точно в сердце!

Он поднял глаза, усмехнувшись, и мальчик тоже неуверенно улыбнулся. Сын перезарядил ружье и привязал к ветке красную косынку, чтобы при возвращении легче было найти место, где лежала рысь.

Потом, оживленно переговариваясь, люди ушли вместе по тропе, а кот сидя в своей норе слушал, как удалялись их голоса.

Когда все стихло, кот, пятясь задом, вылез оттуда и вышел на покрытую солнечными бликами поляну. Он был весь грязный и, не обращая никакого внимания на мертвого зверя, уселся шагах в десяти от него и принялся невозмутимо чистить свой мех от кончика хвоста до носа. Закончив свой туалет, он с наслаждением потянулся, а в заключение презрительно повернулся к рыси спиной и задними лапами засыпал ей морду землей.

После этого он пустился в путь, хладнокровный и самоуверенный, как всегда.

Спустя два дня кот догнал собак. Он вышел на гребень холма, у подножья которого лежала долина, прорезанная небольшим ручьем, затененным зарослями ольхи.

На противоположной стороне долины, среди голых деревьев, он ясно увидел две дорогие ему фигуры — золотистую и белую. Кот взволнованно забил хвостом и пустил жалобный, призывный вопль.

Оба животных на холме напротив застыли, точно вкопанные, услыхав, как эхо разнесло над спокойной долиной хорошо знакомый зов. Вспрыгнув на скалу, кот вновь издал глухой хрипловатый вой, ясно донесшийся до собак. Те вертелись, все еще не веря и не видя кота. Наконец, молодой пес разглядел его, неистово залаял и помчался вниз и перемахнул через ручей. За ним, не отставая, несся старый пес. Кот тоже ринулся навстречу, делая огромные прыжки. Они встретились на берегу маленького ручья.