Раздался короткий смешок, мгновенно перешедший в неловкую имитацию кашля. Это засмеялся Соренсен. Фаркар молчал, он не реагировал даже, когда Сисс ехидничал насчет подозрительных машин.

Грегори перехватил взгляд, брошенный главным инспектором на Соренсена. В нем не было укора, не было суровости, это был поистине тяжелый взгляд, тяжесть его ощущалась просто физически.

Соренсен кашлянул еще раз, для большей убедительности, и наступила тишина. Сисс смотрел поверх их голов в темное окно.

– Статистическая значимость последнего фактора, - продолжал он, все чаще срываясь на фальцет, - на первый взгляд невелика. Однако я установил, что в тех местах бродячие кошки и собаки практически не встречаются. Кроме того, одно из этих животных - а именно собака - было найдено мертвым на четвертый день после исчезновения трупа. Приняв во внимание это обстоятельство, я позволил себе после последнего случая (на этот раз близ места происшествия бродил кот) дать объявление, в котором обещал награду тому, кто найдет труп этого животного. И вот сегодня утром я получил сообщение, которое сделало меня беднее на пятнадцать шиллингов. Кот лежал под снегом возле кустов, его нашли школьники - шагах в двухстах от морга.

Сисс подошел к окну и, повернувшись спиной к присутствующим, встал возле него, как будто решил полюбопытствовать, что делается на улице, но там уже ничего нельзя было разглядеть, кроме фонаря, мерно раскачивающегося под порывами ветра; через равные промежутки времени его свет вырывался из тени, отбрасываемой деревом.

Он молчал и кончиками пальцев поглаживал полу своего чуть великоватого серого пиджака.