– Вы закончили, доктор?

После вопроса Шеппарда Сисс повернулся. Едва уловимая, какая-то мальчишеская улыбка вдруг совершенно преобразила его лицо - мелкое лицо с неправильными чертами, маленькими подушечками щек, подступающими к серым глазам, и сильно срезанной нижней челюстью, отчего создавалось впечатление, будто у него нет подбородка.

«Да это же мальчишка, вечный мальчик… и какой славный», - с удивлением подумал Грегори.

– Я хотел бы сказать еще несколько слов, но в конце, - ответил Сисс и вернулся на свое место.

Инспектор снял очки. Глаза у него были утомленные.

– Хорошо. Коллега Фаркар, пожалуйста, если у вас есть какие-нибудь дополнения.

Фаркар кивнул без видимой охоты.

– Честно говоря, добавить мне особенно нечего. Я, так сказать, традиционно и по старинке рассматривал эту «серию», как изволил назвать ее доктор Сисс. И полагаю, что некоторые слухи соответствуют действительности. Объяснение тут, видимо, довольно простое: в Шелтеме и других городках преступник пытался украсть труп, но ему всякий раз мешали. Удалось только в Трикхилле. Тогда он еще был новичком и взял труп без одежды. Очевидно, не сообразил, что транспортировать голого мертвеца куда опасней, во всяком случае, затруднительней, чем одетого, ибо одетый не так бросается в глаза. Поняв это, он изменил тактику и в остальных случаях уже старался как-нибудь прикрыть наготу. Наверно, и выбор тела в первый раз был не самый удачный - я имею в виду слова доктора Сисса «тело в хорошем состоянии». В трикхилльском морге был еще один труп, в гораздо лучшем состоянии, чем украденный. Вот, пожалуй, и все…

Да, остаются еще мотивы, - добавил он через несколько секунд. - Я вижу следующие возможности: некрофил, сумасшедший и, скажем, какой-то ученый. Думаю, оценку мотивов мог бы дать доктор Соренсен.

– Я ведь не психолог и не психиатр, - раздраженно заявил врач. - Но в любом случае некрофилию можно исключить. Страдающие ею - люди, как правило, умственно отсталые, дебилы, кретины и к планированию скольконибудь сложной акции совершенно не способны. Тут никаких сомнений быть не может. Далее, сумасшествие, помоему, тоже можно исключить. Никаких случайностей, слишком все скрупулезно, ни единой ошибочки - безумец не способен действовать столь логично и последовательно.