— Вполне справедливо, — согласился Дорсетт. — Когда начинаем?

— Через час после того, как стемнеет. Я подам сигнал, и мы все набросимся на солдатиков. Когда вооружимся, проблем со Скагсом и его командой не будет.

— Я пригрел местечко у передней мачты, так что беру на себя солдата, который сторожит женщин.

— Хочешь оказаться первым в очереди на ужин — так, что ли?

— Верно, животик подвело. — Дорсетт растянул в улыбке плотно сжатые губы.

Дорсетт вернулся к Бетси, но ничего не сказал ей о том, что собираются сотворить контрабандисты. Он понимал: заговорщики следят за каждым его шагом, опасаясь разоблачения. «Предупрежу команду „Гладиатора“ и солдат о грозящей опасности сразу, как стемнеет», — решил он, а потому улегся на палубу и притворился уснувшим.

Как только на небе проклюнулись звезды, Дорсетт ползком подобрался к первому помощнику капитана и, поприветствовав его сдавленным шепотом, попросил:

— Рамси, не двигайтесь и не подавайте виду, будто кого-то слушаете.

— В чем дело? — вздрогнул Рамси. — Что вам угодно?

— Выслушайте меня, — тихо заговорил Дорсетт. — Не больше чем через час контрабандисты во главе с Джейком Хаггинсом совершат нападение на солдат. Если им удастся всех перебить, они повернут захваченное оружие против вас и вашей команды.

— Что за ерунда! Этого не может быть!

— Не поверите — погибнете.

— Хорошо, я скажу капитану, — неохотно пообещал Рамси.

— Не забудьте сообщить ему, кто вас предупредил.

Дорсетт осторожно отполз к Бетси. Сняв левый башмак, он отогнул подошву и достал из тайника нож с лезвием длиной в ладонь. Потом уселся и стал ждать.

Над горизонтом замаячил месяц, и некоторым показалось, будто на плоту появились призраки. Группа теней вдруг сорвалась с места и ринулась к центру палубы.