Графиня. Вы в полку научились говорить комплименты?

Эдуар. Налейте-ка мне еще вина, кузина. В полку, видите ли, мы учимся говорить чистую правду, без прикрас. Кстати сказать, вы очаровательны, запомните мои слова, ибо это истинная правда. Вы в десять, в двадцать раз красивее, чем четыре года назад, когда вышли замуж и я был влюблен в вас, как новобранец, не смея даже заикнуться об этом.

Графиня. Какой он занятный!

Эдуар. Да, черт возьми, я занятен и даже больше, чем вы думаете. От вас одной зависит убедиться в этом. Да, я бываю очень занятен, если захочу. (Встает.)

Графиня. Охотно верю. Сядьте же! Давайте поговорим серьезно. (Наливает ему вина.) Расскажите мне о ваших походах и увлечениях — одно без другого не бывает. На вас все те же эполеты. А я-то надеялась видеть вас по меньшей мере полковником!

Эдуар. Не всякому даются эполеты с кистями. Что поделаешь! Я лейтенант, всего-навсего лейтенант. Крест тоже ушел у меня из-под носа. Но — терпение: если ядро не остановит меня...

Графиня. При нынешнем правительстве порядочным людям не на что надеяться: все достается черни.

Эдуар. А кроме того, мне не повезло. В этом треклятом егерском полку никто не умирает!.. Можно подумать, что наши молодцы неуязвимы. Если бы только одолеть математику, я поступил бы в артиллерию. В этих войсках легко продвинуться. Возьмем, к примеру, нашу артиллерийскую батарею: за последнюю кампанию состав ее трижды обновился. Одного моего приятеля — еще в прошлом году он был лейтенантом — скоро назначат командиром эскадрона, если только бедняга не отправится на тот свет от раны в живот.

Графиня. Не будь революции, Эдуар, вы с вашим именем давно стали бы полковником.

Эдуар. Да, конечно, но по тем временам это было не бог весть что. Подумаешь, велика честь носить шляпу, похожую на канделябр, шпагу на боку и стоять на часах у двери госпожи де Помпадур, любовницы Людовика Шестнадцатого