- Знаете что... - вдруг нахмурилась Лиза, и глаза ее сразу стали как желтки. - Оставьте меня... Теперь я сама управлюсь со своей бедой.
Юрасю показалось, что при этих словах на продолговатое Лизино лицо упала тень, потом эта тень и ему заслонила мир: потемнела трава, почернел за Лизиной спиной голубой залив.
- А если бы я захотел вас видеть? Часто. Каждый день.
В этом вопросе было и утверждение, и надежда.
Лиза внимательно посмотрела на Юрася.
- Ты это серьезно? - Она внезапно перешла на "ты", словно перед ней был мальчишка.
Юрась кивнул. Он побледнел.
- Зачем это тебе, Юрась? - ласково произнесла она. - Ты еще юноша и у тебя все в будущем.
- А что, разве нельзя дружить? И в будущем?
- Как дружить? - усмехнулась Лиза. - Не замужем я, а в женихи ты не годишься мне.
Обиженному Юрасю так и хотелось спросить: "Почему?" Он сдержался, но Лиза все поняла.
- Молодой еще! - мягко проговорила она.
- Грех небольшой, - только и смог ответить он. Через силу пошутил: Недостаток, который проходит с годами. Но разве я говорил о свадьбе? грубо, пряча смущение, рубанул он.
"Да-а, - подумал Коваль, услышав эту словесную дуэль. - Парень, кажется, того, готов..."
Человеческие чувства не признают ограничений и могут вспыхнуть неожиданно, вопреки любым привычным нормам. Пожилые мужчины находят себе молодых жен, юноши берут в жены женщин старше себя. Временами возраст перестает играть свою решающую роль, и неуправляемые чувства становятся сильней каких-либо соображений, побуждают человека к подвигу, на любые жертвы или толкают на преступление.
- Вы еще и грубиян! - вдруг рассердилась Лиза.
Юрась процедил: "До свидания!" - повернулся и неторопливым шагом, с поднятой головой, направился в переулок.
"И в самом деле - характер", - с доброй улыбкой подумал о нем Коваль.
3
Ловилось хорошо. В садке у Дмитрия Ивановича уже плескались три небольших тарани и подлещик. Но привычного азарта не было, и он все чаще отрывался от поплавков, то посматривал на солнце, которое медленно выкатывалось из-за необозримого лимана и высвечивало верхний слой воды, то бросал взгляд на зеленую стену камышей, становившуюся все ярче.