Интересно, в каком направлении размышлял бы Ницше, сидя в берлинском бомбоубежище в мае 1945-го? Советовал бы он «не труд, а войну»?
Период побед — период заблуждений.
Они простительны философу, оторвавшемуся от книг, от тяжких раздумий и мучительного поиска ответов на вечные вопросы. Философу, впервые прикоснувшемуся к энергии масс, узнавшему в казарме свой собственный характер, переживающего совершенно новое для него «увлечение патриотизмом».
«До сих пор он знал только книги; теперь он узнает жизнь…»
Конечно Ницше мог устать от пыли библиотек, противоречащих друг другу манускриптов и учений, от теорий и бесконечных диспутов: «Вспомните Эмпедокла…» — «Однако, Анаксимандр формулировал это несколько иначе…» — «Но это же есть у Фехнера и Лотце…» — «А Мен де Биран был другого мнения…» — «Ах, бросьте! Это же чистейшей воды софистика!..»
И теперь вместо всей этой демагогии — здоровый солдатский коллектив, далёкий от мировоззренческих головоломок, спаянный сознанием общего долга, общей опасности. Надо сражаться. «А ты стреляй, а то убьют…» Думать ни о чём не приходится, так как «за нас думают командиры». А командиры всегда правы.
И финалом — победа, в которой есть и твой непосредственный вклад.
Романтика войны, всюду многократно воспетая, захватывающая дух героика, примеры отданных жизней за «великую идею» способны опьянить кого угодно и воодушевить на подвиг. И на неслыханные злодеяния. Одурманить. Обмануть. Свести с ума. Жажда битвы, обожание вождя, храбрость, сила, воля, овеянные славой — всё это кажется настолько привлекательным! Вспомним сбегающих на фронт мальчишек, добровольцев в Испании, марширующий «гитлерюгенд» и не умеющих стрелять «мари-луиз» Наполеона.
«Трам-там-там!» — паренёк, закусивший от усердия губу, старательно колотит палочками по барабану. На шевроне его рубашки вышита молния руны «зиг». «Трам-там-там!» — грохочут на весь плац, на весь стадион, на всю Европу барабаны «молодёжи, перед которой содрогнётся мир». «Трам-там-там!» — старшие братья и отцы печатают шаг в чёрных мундирах, матери не могут сдержать слёз умиления, в кинохрониках показывают стада побеждённых врагов, потерявших человеческий облик…