увидел, как пули крошат глинобитную стену, как сыплется известка, и тутоткуда-то совсем с другой стороны забил низкими, хриплыми, замедленнымиочередями другой пулемет, он бил прямо по опушке, где стояли они все. Приведшийих солдат вновь растянулся на земле, теперь они не стали дожидаться, пока онкрикнет: «Ложись!» — пуля уже зацепила одного из них, он лежал на земле и кричал,кричал ужасно, а пулемет все бил и бил в их сторону.

Он хотел броситься к товарищу, по голосу он узнал, что это Вилли, но двоеуже лежали, согнувшись, рядом с ним и перевязывали раненую ногу. Он отчетливоуслышал, как одна из очередей полоснула по мягкому стволу молодого деревца.Несколько отскочивших рикошетом пуль с жужжанием унеслись в неизвестность.

Увидев, что остальные осторожно отползают назад, он тоже пополз, хотя отусталости и тошноты все плыло перед глазами. Назад ползти было трудно, пулеметбил теперь по головам, и жутко было слышать, как пули позади вонзаются в мягкуюлесную почву, в молодые буковые стволы, нанося свежие зеленовато-белые раны. Апотом вновь ударил миномет, еще и еще, теперь разрывы слышались кругом, поползжутковатый смрад, кто-то закричал, потом еще один. Он не разобрал, кто кричит,ему хотелось одного — уснуть, он закрыл глаза и тоже закричал, он кричал икричал, не ведая, что бог уже услышал его молитву...