Никитушка ходил с барином и барынею по походам, выучился готовитьгусарское печенье, чистить сапоги и нянчить барышню Елизавету Егоровну,которую он теперь везет домой после долголетнего отсутствия. Своего уНикитушки ничего не было: ни жены, ни детей, ни кола, ни двора, и он сам осебе говорил, что он человек походный. Целый век он изжил таскаючись итолько лет с восемь приютился оседло, примостив себе кроватку в одномпорожнем стойле господской конюшни. Тут он спал лето и зиму с старой собакойРозкой, которую щенком украл шутки ради у одного венгерского пана в 1849году. На барина своего, отставного полковника Егора Николаевича Бахарева, онсмотрел глазами солдат прошлого времени, неизвестно за что считал его своимблагодетелем и отцом-командиром, разумея, что повиноваться ему не только застрах, но и за совесть сам Бог повелевает.
Кругло говоря, и Никитушка и Марина Абрамовна были отживающие типы тойстарой русской прислуги, которая рабски-снисходительно относилась к своимгосподам и гордилась своею им преданностью. И тот и другая сочли бывеличайшим преступлением, достойным если не смертной казни, то по крайнеймере церковной анафемы, если бы они упустили какой-нибудь интерес домаБахаревых или дома смотрителя уездного училища, Гловацкого. Дружба старикаБахарева со стариком Гловацким, у которого Бахарев нанимал постояннуюквартиру, необходимую ему по званию бессменного уездного предводителядворянства, внушала им священное почтение и к старику Гловацкому и к егоЖеничке, подруге и приятельнице Лизы.