19 февраля 1915 Париж
ЦЕППЕЛИНЫ НАД ПАРИЖЕМ
А. Н. Ивановой
Весь день звучали сверху струны И гуды стерегущих птиц. А после ночь писала руны, И взмахи световых ресниц Чертили небо. От окрестных Полей поднялся мрак и лёг. Тогда в ущельях улиц тесных Заголосил тревожный рог... И было видно: осветленный Сияньем бледного венца, Как ствол дорической колонны, Висел в созвездии Тельца Корабль. С земли взвивались змеи, Высоко бил фонтан комет И гас средь звезд Кассиопеи. Внизу несомый малый свет Строений колыхал громады; Но взрывов гул и ядр поток Ни звездной тиши, ни прохлады Весенней -- превозмочь не мог.
18 апреля 1915 Париж
РЕЙМСКАЯ БОГОМАТЕРЬ
Марье Самойловне Цетлин
Vuе de trois-quarts, la Cathйdrale de Reims йvoque une grande figure de femme agenouillйe, en priйre.
Rodin 1
В минуты грусти просветленной Народы созерцать могли Ее -- коленопреклоненной Средь виноградников Земли. И всех, кто сном земли недужен, Ее целила благодать, И шли волхвы, чтоб увидать Ее -- жемчужину жемчужин. Она несла свою печаль, Одета в каменные ткани, Прозрачно-серые, как даль Спокойных овидей Шампани. И соткан был ее покров Из жемчуга лугов поемных, Туманных утр и облаков, Дождей хрустальных, ливней темных. Одежд ее чудесный сон, Небесным светом опален, Горел в сияньи малых радуг, Сердца мерцали алых роз, И светотень курчавых складок Струилась прядями волос. Земными создана руками, Ее лугами и 1000 реками, Ее предутренними снами, Ее вечерней тишиной. ...И, обнажив, ее распяли... Огонь лизал и стрелы рвали Святую плоть... Но по ночам, В порыве безысходной муки, Ее обугленные руки Простерты к зимним небесам.
19 февраля 1915 Париж
1 Видимый на три четверти, Реймский собор напоминает фигуру огромной женщины, коленопреклоненной, в молитве.