Простокваша на Лариной спине высыхала моментально. Он начал смазывать спину уже в пятый раз, когда Лара, медленно шурша, повернулась. "Здесь тоже",- сказала она Какая-то пуговица, что-то натянув, лопнула, сарафан исчез совсем Марк, больно закусив губу, зачерпнув из банки голубой простокваши, осторожно, словно боясь обжечь или обжечься, коснулся горячей кожи Лара вздрогнула и, подняв на него глаза, перехватила его мокрую руку и крепко положила ее на совершенно белую с темным соском грудь. Он услышал, как за его спиною в открытом окне с визгом и треском крыльев промчались стрижи "Здесь тоже",- с запозданием сказала Лара. "Там ничего не обгорело",- шепотом возразил Марк. "Все равно " Ее рука прижимала его руку все сильнее и сильнее, и ее грудь под его пальцами напрягалась, < словно росла. Он услышал стрекот вертолета, возвращающегося из долины на заставу, стрекот перешел в ритмичное уханье, в грохот, и в следующий момент рука Лары уже вела его руку по горячему мягкому животу. Не в силах больше держать голову на весу, он уронил ее на подушку рядом с Лариной головой, прижавшись губами к ее шее, с ужасом чувствуя, как нежная шелковистая кожа переходит в нежные, почему-то о мокрые волосы, затем был провал, лицо Лары повернулось к нему, ее глаза стали огромными, как к да, под водою, и она, словно потеряв дар речи, выпучив губы, попыталась выдавить какое-то слово, но только смогла простонать. "А-а-а-а! а-а..."

"Мавр! - прогремело под окнами.- Дрыхнешь, обормот? Давай спускайся Пора. Слышишь?" Лицо Марка было покрыто потом. Он чувствовал, как щекотный ручеек пота змеится у него между лопаток. Лара смотрела грела на него невидящим взглядом. Пальцы Марка были в чем-то вроде раздавленных персиков. Персики эти ритмично пульсировали. "Мавр?" Тяжелые шаги начали подниматься по лестнице, остановились

Еще!- прошептала Лара. Ее дыхание было сухим и частым. "Борис! - услышал Марк голос матери.

Захвати сверху карты". На тумбочке или же в столике ." Шаги начали подниматься опять.