Но были и есть известная тяга, интерес, которые заставляли и заставляют десятки, а ныне сотни людей учить трудные восточные языки и письменности, историю, литературу и культуру народов Востока. Осознание необходимости и государственной важности этого дела для нашей страны приходит не сразу даже к тем, кто этим занимается, не говоря уж о других, не сразу возникает и глубокий научный интерес к великим культурам Востока. Для этого требуется определенный уровень подготовки, появление понимания роли Востока в мировой истории и формировании цивилизации. Не был исключением и Н. А. Невский. Не прям был его путь в востоковедение, да и потребовались годы учебы и труда, чтобы востоковедная наука стала для него жизненной необходимостью, делом, которому он преданно служил.

Вот как нам представляется отъезд Н. А. Невского из родного дома: «Вещи отправили на вокзал с извозчиком. Сами пошли пешком. Сколько лет бегал Коля по Крестовой в гимназию. Сейчас по этой же улице он начинает путь в большую жизнь. Вот и угол Крестовой и Пушкинской. Отсюда начинается дорога к вокзалу. Мимо деревянных домов, дач с мансардами и резными наличниками, мимо деревянной лютеранской церкви и каменного красного красавца костела, немножко похожего на знаменитый Реймский собор, который он видел на фотографиях. В просторных залах недавно выстроенного вокзала суета, которая бывает всегда перед отходом поезда в Петербург. Стоя на подножке вагона, он последний раз машет рукой тете Варе, сестрам, городу, своему детству. Прощай, Рыбинск. Впереди Петербург. Здравствуй, новая жизнь!»'—так писал Е. И. Кычанов в книге «Звучат лишь письмена…» (1965).

Так ли это было? Скорее всего, в деталях и не так. Но не в этом дело. Впереди у Николая Невского действительно был Петербург и новая студенческая жизнь, конечно же, необыкновенная, счастливая жизнь!

Петербург

«Его Превосходительству Господину ректору С.-Петербургского университета окончившего Рыбинскую гимназию Николая Александровича Невского