
- Тогда почему бы тебе не опубликовать это? Хольцман заставил Джона подождать несколько секунд, прежде чем ответил:
- Я готов предоставить тебе возможность исправить положение. Ты ведь тоже принял участие в обмане. Но мне нужно твое честное слово, Джон. Я согласен поверить ему.
Значит, все обстояло не так просто, не могло не обстоять. Пламера как профессионала оскорбили дважды: во-первых, его обманул его молодой коллега из Эн-би-си, один из той новой поросли, которая считает, что успех телевизионного журналиста основывается на том, как он выглядит перед камерой. Во-вторых, он был обманут Эдом Келти, который использовал его, чтобы причинить боль.., невинному человеку? По крайней мере это нужно выяснить. Он обязан сделать это, в противном случае ему будет противно смотреть на себя в зеркало.
Телевизионный комментатор взял миниатюрный диктофон из руки Хольцмана и нажал на кнопку записи.
- Это Джон Пламер, сегодня суббота, семь пятьдесят утра, и мы стоим напротив детского сада "Гигантские шаги". Роберт Хольцман и я собираемся сейчас поехать в какое-то другое место. Я дал слово, что расследование, которое мы намерены провести, останется строго конфиденциальным и не будет оглашено. Запись на ленте является подтверждением этого обещания. Джон Пламер, - закончил он, - Служба новостей компании Эн-би-си. - Он нажал на кнопку "стоп", затем снова включил запись. - Однако, если Боб поступил нечестно по отношению ко мне, сказанное ранее теряет свою силу.
