У нас разве увидишь насекомых кроме мух, да еще, конечно, комаров. Но уж комара-то ни с кем не спутаешь…

Сын цепко запоминает всё увиденное. Он друг всем петухам и кошкам в нашем поселке. Выходим на остановке, он бежит им навстречу, размахивая ручками — и обижается, если они удирают от него.

Однажды показываю ему на проезжающую мимо бетономешалку. И он теперь всюду узнает бетономешалки. Радуется им, как петухам и кошкам. Однажды сообщает мне:

— Петушок говорит ку-ка-ре-ку, а бетономешалка не умеет говорить ку-ка-ре-ку. Бетономешалка говорит ж-ж-ж-ж-ж.

А телевизор говорит пи-и-ип! Пи-и-ип! Это когда кончаются утренние мультики и начинается технический перерыв.

— Мама, мама, что телевизор говорит? — спрашивает Вовка.

— Он говорит: Пи-и-ип! Выключи меня! Пи-и-ип! Выключи меня! Устал я, отдыхать хочу!

Я выключаю телевизор, сын тащит из кроватки одеяльце и накрывает телевизор сверху:

— Хороший. Спи!

Приходит лето, и я решаю, наконец, показать сыну море. Казалось бы, на море живем, а попробуй, выберись к нему. Тем более, когда ты не одна. Сначала — доехать из поселка в город, потом — пройти по улице вверх, к телевышке, а дальше — спускайся вниз… И я чувствую, что на этот спуск у нас уже не хватит сил, и решаю показать сыну море просто с высоты.

У спуска перед нами открываются дворы каких-то мастерских — там все машины можно пересчитать. Они кажутся маленькими отсюда. Сын радуется:

— Вон бетономешалка!

— Туда, туда смотри! — показываю пальцем вперед, но он не понимает, куда смотреть.

Мне и самой сразу не понять, где уж там море сливается с небом. Где-то далеко в воздухе висят маленькие лодочки.

— Вон, видишь, плывёт кораблик, — говорю я сыну.