– Скажите… – начал после минуты молчания шеф. – Откуда вы знаете такие подробности? Ведь человек этот переменил лицо, имя. Он, наверное, не дурак и не открывается первому встречному.

– Я для него не первый встречный.

– Вы должны выдать его, если вы сознательный человек, – вдруг заметил завкадрами. – Должны заявить. Он сделал столько преступлений и бежал из тюрьмы…

– Ни за что, – сказал наш товарищ, – Ни за что! Это уже не бандит. Он сейчас безопасен. Даже полезен. Когда он сделает свое дело, он сам выдаст себя людям.

Тут он достал из кармана свои знаменитые часы – тяжелую луковицу на стальной цепочке.

– Извините. Я должен пойти посмотреть показания приборов.

И вышел. В дверях он задержался и сказал, глядя на меня в упор: «А рассказывал я все это главным образом для вас. Думаю: может, вы учтете опыт некоторых людей и перестанете заниматься игрушками, поставите точку в вашей бесплодной полемике с этим членом-корреспондентом…

Мог ли я тогда предполагать, что жизнь привяжет и меня к этой истории, сделает меня вторым ее героем, героем – двойником!..

Чтобы проверить одно внезапно возникшее у меня подозрение, я спустился примерно через полчаса в подвал и чуть слышно скрипнул дверью, за которой этот человек сидел в окружении сверкающих стеклом и медью приборов. Я скрипнул чуть слышно, а он так и шарахнулся в сторону и разбил несколько склянок.

– Извините, – сказал я.

– Вы проверяли свою догадку? – спросил он успокаиваясь.

– Вы неосторожны,– ответил я.

– ВАС я не боюсь. – Он повернулся к своим приборам. Теперь, когда я установил то, что раньше только подозревал, для меня стали понятными и некоторые другие вещи (о них я умалчивал до времени).

Незадолго до этих событий обнаружилось: я внушил кому-то непонятный интерес к своей особе. Некая тень неустанно ходила за мною по улицам города, следила издалека. Мне ни разу не удалось рассмотреть лицо преследователя, хотя он не спешил скрыться.