— А придёшь к ним, — чувствуешь, что ты совершенно не в тягость, наоборот, ты оказываешь им любезность своим посещением, это льстит им. А уже если обойдёшься с ними по-приятельски, выпьешь на «ты», так они уже совершенно довольны. Ха-ха-ха, разве я не прав?

Адвоката остановился, поджидая их.

— Чтобы не забыть, нам следует определённо условиться насчёт проводов Ойена, — сказал он.

Да, да, правда, все позабыли об этом. Ну, да, конечно, Ойен собирается ехать, надо что-нибудь устроить.

Дело было в том, что писатель Ойен написал два романа, которые перевели на немецкий язык. За последнее время у него расстроились нервы, работа изводила его, и надо было устроить ему отдых. Он рассчитывал на премию и имел шансы получить её. Паульсберг сам рекомендовал его, хотя и не особенно горячо. Товарищи решили тогда отправить Ойена в Торахус, маленькое местечко в горах, где воздух очень полезен для нервных больных. Ойен собирался ехать через неделю, деньги были обеспечены. Оле Генриксен и Тидеман проявили большую готовность и щедрость. Оставалось только устроить маленький кутёж на прощание.

— Но у кого же мы соберёмся? — спросил художник. — У тебя, Гранде? У тебя ведь большая квартира.

Гранде ничего не имел против, конечно, можно собраться у него, он переговорит с женой. Дело в том, что Гранде был женат на фру Либерии, с которой непременно нужно было переговорить предварительно. Решили пригласить Паульсберга с женой, в качестве гостей; Тидеман с женой и Оле Генриксен, как жертвователи, подразумевались, конечно, сами собой.

— Приглашайте кого хотите, но актёра Норема я не желаю видеть у себя в доме, — сказал адвокат. — Он постоянно напивается до потери сознания и становится прямо отвратителен. Жена не согласится принять его, я уже знаю.

— В таком случае нельзя собираться у Гранде. Разве возможно обойти Норема?

Видя общую растерянность, Мильде предложил свою мастерскую.