Голос 1 Говорю сама себе: не кисни Перед угасающим окном, Смерти нет, поскольку после жизни — Снова жизнь, но в облике ином. То, что тенью было, станет светом, Станет эхо голосом моим, Из жилья жемчужины воздетым К берегам, как небо, голубым. Говорю себе: сиди работай В мороке последних сигарет Пред окном с пчелиной позолотой, Перед сном, в котором смерти нет. 2 Крыла твои — камыши, Плеча твои — перегной, Прошу тебя, не спеши, Ангел смерти, за мной. А ты, который хранил Жизнь мою, не сули Взмахами белых крыл Музыку вне земли. И если солгу, что мне Плоть моя не нужна, То провинюсь втройне И трижды буду грешна. О Боже, к Тебе приду В горе, что признаю, — Мне лучше в земном аду, Чем у Тебя в раю. 3 Мне слышен голос из-под снега: Не сорок дён, А сорок зим — душе до брега, До райских до окон! И воздух я перекрестила, А между тем Блестит в снегу твоя могила, Как храм из хризантем. И снова слышу голос давний, Как наяву: Мне гроб — ковчег, забиты ставни, Я сорок зим плыву. Не тронут ни водой подземной И ни червем, Отсюда вижу луч полдневный И страх в зрачке твоем. Не бойся! Голос мой — предвестье, И повторю: Тебе у райского предместья Я окна отворю.

3 октября 1999.

* * * На слова мой век разменян И летит, как вьюга: