Гризли-Простак взревел почище буйвола, замотал головой и схватил оружие. Большинство охотников обычно носили револьверы и ножи, но тот длинный мясницкий нож с широким лезвием, который Гризли неизменно подвешивал к ремню слева, выглядел просто чудовищно.

– Ты убил Билла Гелта! – заорал он, и толпа его друзей угрожающе загудела.

– Ага! – согласился Кид.

Лицо Гризли потемнело, вены набухли. Он выкинул вперед обутую в мокасин ногу, словно пытаясь ударить, и завопил:

– Ага?! Ты убил его до смерти!..

– Я застрелил его за дело, – огрызнулся Кид, и его серые глаза вдруг заледенели. – В прошлом году, когда клеймили стадо у хозяина Томагавка, он крепко повздорил с одним ослом, пригнавшим на ранчо гурт. Парни взяли с собой одного из помощников хозяина и отошли за сотню шагов на обрыв, и Билл разделал того осла, как отбивную. Когда в этом году мы гнали скот, я встретил его в Канаде и навсегда погасил... Но у него все-таки был шанс...

– Врешь! – рявкнул Гризли. – Ты выстрелил ему в спину! Гуртовщик, которому ты хвастался, все рассказал. Ты убил его и бросил валяться, как собаку!

– Собаку я не бросил бы валяться! – ухмыльнулся Кид. – Когда я отъезжал, Гелт стал уже падалью для стервятников и не было особой надобности прикрывать его. Но я не стрелял в спину!

– Ты не выйдешь отсюда! – взвыл Гризли, размахивая огромными кулачищами.

Кид бросил беглый взгляд в зал и увидел потемневшие от ярости лица и напряженные позы. Это было нечто большее, чем застарелая вражда между охотниками и ковбоями. Майк Конноли молча стоял поодаль...

– Ну, что ж вы не начинаете! – поинтересовался Кид, слегка пригнувшись и положив руки на обе кобуры.

– А мы не убийцы, как ты, – презрительно хмыкнул Гризли. – Конноли должен увидеть честную игру. Ты ж вооружен. Или тебе не хватит пороху на драку с нами?

– Честную? Гризли, выбирай оружие сам. Я не боюсь встретиться с тобой.