Но Дринкуотер, согласно распоряжению его светлости, изложенному в письме за подписью Джона Гора, флаг-капитана Нельсона, сошел в катер, присланный с флагманского корабля, взяв с собой гардемарина Килхэмптона. Именно поэтому он теперь находился на этой выдвинутой позиции вблизи от объекта бомбардировки: громадного скопления плоскодонных лодок, барж, peniches, radeaux [2*], корветов, люггеров, канонерок и еще бог знает чего, собранного генералом Бонапартом для вторжения в Англию. После заключения мира с Австрией, война на европейском континенте была выиграна Францией. Великобритания, ставшая единственным препятствием амбициям революционной Франции, оказалась в изоляции.

Стиль записки Гора отражал наспех, с миру по нитке собранное скопище так называемой «противодесантной флотилии». Этим высокопарным именем назвали коллекцию фрегатов, шлюпов, бомбардирских судов, бригов и канонерских лодок, которую Адмиралтейство сумело наскрести из разных мест. Первым лордом Адмиралтейства графом Сент-Винсентом были даны инструкции всячески изматывать неприятеля и задерживать формирование французских сил. Эти приказы предназначались в первую очередь для успокоения общественного мнения, крайне встревоженного после коллапса последнего британского союзника на континенте — Австрии. Сент-Винсент назначил командующим этой флотилии своего любимца — лорда Нельсона, частью для того, чтобы умиротворить своих политических критиков, частью же с целью развеять скандальную известность Нельсона, происходившую от его продолжавшейся аморальной связи с леди Гамильтон. Личная стратегическая оценка ситуации была подытожена Сент-Винсентом в палате лордов, когда старик поднялся и уверил их светлости — он не говорил, что французы не вторгнутся, он только сказал, что они не вторгнутся морем.

Эту остроумную ремарку во многих кругах считали слишком уж изощренным софизмом. Только назначение Нельсона, победоносного героя Нила и Копенгагена, удовлетворило тех, кто считал — все, что может быть сделано, должно быть сделано.