Дуновением ветра скользнув по судьбе,

Ты пропел. И заката холодные длани

Мертвой хваткой ложатся на горло тебе.

Жил под небом, как по небу странствует птица.

Вот и берег. Меж пальцев струится песок.

Жизнь поэта - песка слюдяная частица.

Дом его - шесть извечных сосновых досок.

Ты вода, сохранившая форму сосуда.

Я ж из тех, кто тебе не поставит свечи.

Для кого-то - Христос, для кого-то - Иуда,

Но как угли костра твоего горячи!.. 1989 С.29

x x x

Мягкой поступью ночь приближается к запертой двери.

Даже если молчать, не услышишь тяжелых шагов.

Ходят так в тишине только ночи да хищные звери,

Те, что ужас сплошной, от когтей - до кинжальных клыков.

Станет камень текучим, а воздух - стеклом затвердеет.

Потемневшее небо

провисло от тяжести звезд.

И хоть ночь глубока, уголь, пеплом подернутый, рдеет,

Как звезда, что скатилась с высоких небес на погост.

Птица прянула в небо и медленно тает в эфире.

А тяжелые звезды упорны в стремлении вниз.

Звездопад перепутал все ноты в небесном клавире...

И холодные волны ласкает томящийся бриз. 1989 С.30

x x x

Сон разбился. Хрустит под ногами стекло.

Звездопад обернулся вблизи камнепадом.

Уплотнилось пространство, смещаясь под взглядом,

Там, где в двух направлениях время текло.

Дай мне чистую мудрость ночного дождя.

И сторицей вернется нехитрая ссуда.

И вода, повторившая форму сосуда,

Не исчезнет, щербинку в сосуде найдя. 1989 С.31

ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНЫЙ ПЕЙЗАЖ

Звезда над полем сонно слепла.

Струилась ночь из бездны синей.

Все серебрил небесный иней

В немом пространстве цвета пепла.

По лезвию судьбы идущим

Дано остаться в твердом слове.

Им по тропе идти не внове

Между желаемым и сущим... 1990 С.32

x x x