Ливенс (чуть обиженно). Да, милая Лисбет, никто и не говорит о расставнии. Дайте ему год поучиться у Ластмана, и он сможет открыть собственную мастерскую. Да, да. Уж если я хожу в первых учениках у Ластамана, то ты, Рембрандт, с твоим талантом, через год ты станешь лучшим художником Амстердама. Тогда тебе понадобится хозяйка, чтобы принимать гостей и заказчиков. Да лучшей экономки в доме Рембрандта трудно и представить. Ведь, я же вижу милая Лисбет, что Лейден не для вас.

Лисбет (всплеснув руками). Боже мой, который теперь час?

Ливенс . Мой голодный желудок подсказывает, что уже шестой час, неплохо было бы перекусить.

Лисбет . Ох, глупая я дуреха, я совсем забыла, ведь я возвращалась от Сваненбюрха, они с женой сегодня будут у нас в гостях!

Рембрандт. И ты молчала! Сам учитель придет к нам в гости.

Ливенс . Да уж событие... Впрочем, я даже соскучился по старине и его итальянской женушке.

Рембрандт. Ян, он все-таки твой учитель...

Ливенс . Ну-да, по медузе. Да если хочешь знать, я у тебя научился большему... Ну хорошо, я же ничего не говорю.

Лисбет . Пойду, обрадую родителей хорошей новостью. (Уходит).

Ливенс . Эх, попасть бы нам втроем в Амстердам! Вот бы повеселились. Честное слово, вы бы там не соскучились. Маскарады на масленицу, французское вино в тавернах, музыка на Дамм...

Рембрандт. Не болтай глупостей, у меня и в мыслях не было ничего про Амстердам... Ну ладно, пойдем, хоть умоешься с дороги.

Отводит Яна и тут же возвращается в комнату, и смотрит в окно на падающий снег. Появляются мать с блюдом, ставит на стол, подходит к Рембрандту.

Мать. Лисбет сказала приехал Ян Ливенс?

Рембрандт. Да, мама.

Мать (внимательно смотрит на сына). Сынок, ты что-то сегодня совсем грустный.

Рембрандт. Посмотри, какой сегодня снег.

Мать (подходит, обнимает, положив на плечо сыну голову, тоже смотрит в окно). Что тут скажешь, темень, будто ночь. Ты и в дестве любил сидеть вечерами у окна. Не грусти, я тебя за ушком потрогаю.