Мне припомнился сонет их великого вождя, Бодлера:

Природа — это храм, где камни говорятХоть часто их язык бывает непонятен.Вокруг — лес символов, тревожен, необъятен,И символы на нас с усмешкою глядят.Как отголоски бурь порой объединятсяВ обширной, точно ночь, глубокой, точно сон,Гармонии, звуча друг другу в унисон, —Так запах, цвет и звук сливаются, роднятся.Зеленые, как луг, есть запахи, свежей,Чем тельце детское, напевней флейты нежной...И есть порочные, богаче и пышней,Зовущие в простор таинственный, безбрежный...Как ладан, и бензой, и мускус хороши!Они поют экстаз и тела и души.

Разве я только что не прочувствовал до мозга костей эти таинственные стихи?

Как отголоски бурь порой объединятсяВ обширной, точно ночь, глубокой, точно сон,Гармонии, звуча друг другу в унисон, —Так запах, цвет и звук сливаются, роднятся.

И они сливаются не только в природе, но сливаются и внутри нас, а порою соединяются, по выражению поэта, «в обширной, точно ночь, глубокой, точно сон, гармонии», благодаря взаимодействию наших органов чувств.

Впрочем, это явление известно в медицине. В этом самом году появилось большое количество статей, где его обозначают термином «красочное слуховое восприятие».

Доказано, что у натур очень нервных, обладающих повышенной возбудимостью, всякое чересчур сильное воздействие на какой-нибудь орган чувств передается, как волна, соседним чувствам, которые воспринимают его каждое по-своему. Так, музыка вызывает у некоторых людей цветовые ощущения. Следовательно, существует своего рода заразительность восприятия, преображающегося в соответствии с функцией каждого задетого мозгового центра.



5 из 8