- Я вам говорю...

- Не может быть... Он же лики мажет в церкви.

- Совершенно правильно, мажет... Он такое всем намажет... И намажет так... И мы такие выйдем измазанные. Ну, наше дело маленькое, я тороплюсь... Я вот тут себе собачку подыскиваю.

Вечером донесли об этом Мокину. Он был уже пьян, кинул бутылку и крикнул:

- Пусть ждет трубы твой Хропов!

Никто не удивился. Уже привыкли к тому, что художник изъяснялся туманно и что ему, как человеку искусства, вполне прилично отличаться странностями.

И только одно интересовало всех - о какой трубе заикнулся художник Мокин. Есть сигнальная труба, допустим, у стрелочников, есть просто труба - например, водопроводная, музыкальная труба тоже есть, есть выражение, многим непонятное, - "бертова" труба, бывает дымовая труба конечно, о ней мы совсем забыли, выражение есть - в трубу вылететь. Но если на это последнее намекал художник Мокин, то это был пустой намек, недостойный представителя искусства, плохо разбирающегося в текущем моменте. Нет, несомненно, здесь что-то не то... Но что именно не то, долго бились над этим посолодяне и, не добившись, бросили. Да и как было добиться такой мудреной загадки, когда жители Посолоди занимаются скотоводством и прасольством, а, как известно из "Общей истории культуры и цивилизации", подобные занятия мало способствуют развитию ума. Но все-таки мудрец нашелся, пусть не чистая кровь, пусть не прирожденец Посолоди, однако же имеющий дом и аптекарскую практику, - гражданин Сонеберг, аптекарь, с которым даже при Февральской революции случился такой казус. Соблазнился он революцией и вступил в партию социалистов-революционеров и даже выступал однажды на крестьянском митинге с такими словами:

- Правильно сказано, товарищи, что в борьбе обретешь ты право свое, а потому всю землю нам.

На что мужики, расходясь с митинга, так говорили:

- Вот сука, все о себе хлопочет, умная нация...

И, желая опередить Сонеберга, немедленно пожгли имения и произвели дележку.