— Взять хотя бы котлы, — говорил Иван Иванович. — Нам нужны четыре котла для тепличной котельной. Заказали их в Белгороде. И что же! Прошло несколько лет, а котлов так и не прислали. Куда мы только не писали!… Бумаги, наверно, извели не меньше пуда. И гонцов-толкачей посылали.. А завод до сих пор тянет резину: не отказывает и котлов не присылает.
Иван Иванович замолчал и слегка наклонил голову.
— Впрочем, зачем я об этом, — резко махнул он рукой и выпрямился. — Ведь все равно комбинат мы пустим, и о наших трудностях даже никто потом не вспомнит!
— Как это… без котлов хотите пускать? — спросил я Анищенко, несколько удивленный его оптимизмом.
— Нет, без котлов нельзя! — сказал Иван Иванович. — Зимой в теплицах должно быть тепло, как летом: не ниже 30 градусов. Поставим временные. Штук шесть. Найдем и поставим. Словом, приезжайте в январе, угощу вас свежими огурцами и томатами! И к столу ашхабадцев дадим тонн пятьсот-шестьсот. Но это лишь когда комбинат выйдет на полную мощность!..
И еще одну приятную новость узнал я от Ивана Ивановича. Рядом с тепличным комбинатом колхоз решил построить оранжерею. Значит, появится новая отрасль — цветоводство. Отрасль нужная. Ведь до сих пор торговля цветами находится в руках частников, заламывающих за них бешеные цены, особенно в зимнюю пору и ранней весной.
Услышав слово «оранжерея», я тут же представил себе удивительной яркости бесконечный ковер цветов и косо падающий на них сквозь прозрачную кровлю солнечный свет. Я даже ощутил воздух этой оранжереи — влажный и чистый, как после дождя. И в этом влажном воздухе мне чудились свежие запахи цветущих примул, фиалок, гвоздик, горьковатый аромат хризантем, неповторимое благоуханье чайных роз.
От тепличного комбината мы проехали до лимонария. Хотя до него можно было бы пройти пешком.
Лимонарий — это сад под стеклом. Сад нежный, капризный. Летом он боится жары, зимой — морозов. Поэтому на лето рамы над ним едва ли открыты наполовину. А зимой их даже утепляют и пускают по траншеям тепло парового отопления. Нелегко вырастить подобный сад. Но еще труднее получить высокий урожай. Все это испытал не раз старый агроном, создатель колхозного лимонария Анатолий Иванович Бородин.