Алан Маршалл

О себе

Эта беседа с Аланом Маршаллом состоялась у него на родине, в его домике под Мельбурном, где он жил со своей старшей сестрой до того дня, пока здоровье не отказало ему настолько, что пришлось переехать в приют для престарелых.

В те весенние дни 1978 года писатель чувствовал себя неважно - все еще сказывалась недавняя тяжелая операция. Тем не менее, узнав, что в Австралию приехала группа активистов общества дружбы "СССР-Австралия" и в их числе переводчица его книги очерков об аборигенах, он передал мне приглашение приехать и навестить его.

Австралийская весна представала во всей своей красе, деревья скорее напоминали яркие пышные букеты невиданных цветов, и думалось, несчастья, болезни, житейские невзгоды, беды возможны, где угодно, только не здесь и не сейчас.

...Кабинет маститого писателя, главное место в котором занимает письменный стол во всю ширь окна, поражает скромностью. Заслышав голоса, хозяин повернулся к нам в кресле на колесах: знакомый облик, неповторимая маршалловская улыбка... На стене полки с сувенирами беглый взгляд замечает художественные изделия аборигенов, нашу хохлому. За стеклом книжного шкафа произведения Алана Маршалла - издания роскошные и поскромнее, переводы на русский язык, которые хозяин показывает не без гордости, - ведь почти все, его произведения публиковались в нашей стране, и он любовно коллекционирует их, как правило, с автографами переводчиков - его друзей: знаменитая трилогия "Я умею прыгать через лужи", "Это трава", "В сердце моем", многочисленные рассказы, мифы аборигенов - "Люди незапамятных времен". Какая счастливая возможность пополнить эту коллекцию подарком из Москвы: "Мы такие же люди" - еще один перевод из аборигеновского "цикла", который занимает такое важное место в его творчестве. Гуравилла, что на языке аборигенов означает слагатель песен - так любовно называют Маршалла друзья-аборигены, снимает с полки книгу "Люди незапамятных времен", она переиздана в 1978 году с иллюстрациями Мириам Роз Анганмер - первой художницы-аборигенки, продолжающей богатые традиции своего народа. Об этом говорит не только манера ее письма, но и кирпичного цвета фон рисунков, как бы воспроизводящий цвет коры, на которой испокон века рисовали аборигены, - краски Австралии.