"Берите, селяне, от нашего деда обещанное. Прислали ему из Москвы стали, а мы с этой сталью всем соли достали!"

И был праздник. Большой был у нас праздник, когда в каждой хате, у каждого появилась соль... Помнишь ли, внучек?

- Помню, - ответил Тимка.

- Как же, хлопчик, не помнить, если через эту соль окрепла твоя кость! Ишь, на лыжах какие выкрутасы выделываешь. Я все из окна вижу, говорит дед и лукаво на внука посматривает.

Не знал еще мальчик, к чему речь шла.

Дед развернул портрет и, приблизив его к глазам, сказал:

- Дивись, хлопчик, это тот самый человек, что дал нам соль!

Тимка присмотрелся и узнал их мудрого гостя. Он был теперь в генеральской фуражке, и две звезды Героя Советского Союза сверкал-и на его груди.

- Знаменитый партизан Ковпак, верный друг народа, - вот кто наш кандидат в депутаты! Сегодня же наши лесовики должны узнать про такую радость, Тима, - ласково сказал дед. - Надо доставить его портрет и эти листовки в Сещу. Собирайся, внучек, пока светло.

Тимка ничего не ответил. Все ясно без слов: дед-партизан вышел из строя, станет на его место внук. Мальчик взял ломоть черного хлеба, круто посолил и сунул в карман. Взял охотничий нож и спички. Приладил за спину мешок с листовками и портретами и встал на дедовские лыжи. Старый Егор, согнутый болезнью, смотрел на него в окно, оттаивая морозные узоры на стекле своим дыханием.

Короткий зимний день быстро подходил к концу. Солнце, словно напуганное холодом, спешило закатиться за верхушки деревьев. Тимка, пригнувшись, широко разгонял лыжи, стремясь миновать Гремучий яр до заката. Позади остались деревня, школа и гумна, где дремали в соломе зайцы. Он вошел в лес. Снег здесь был пышный, снежинки лежали поверх сугробов неполоманные, крупные и сверкали синими огоньками. Особенно хороши были елки, засыпанные снегом и посеребренные сверху морозными блестками.