Все дальше и дальше углублялся он в лес. Путь шел в гору. Идти было трудно. Но Тимка взялся выполнить долг, исполнить данное дедом слово. Он поправлял мешок с драгоценной ношей и все прибавлял шаг. Пар от его дыхания инеем оседал на воротнике и на шапке. Неожиданно в лесу потемнело, и синицы, сопровождавшие маленького лыжника своим звонким теньканьем, умолкли и отстали.

И не успело скрыться солнце, словно с цепи сорвался, забушевал верховой ветер. Он покачнул высокие ели, осыпал с них пушистый снег и закружил его над лесом. И, когда взошла луна, ее сразу закрыло белой дымкой. Затем метель забушевала сильней, шумней. И, когда мальчик вглядывался вверх, ему казалось, что луна несется за ним, подхваченная снежным вихрем. Ему становилось страшно, и ледяной холодок подкрадывался к самому сердцу. А быстрые, крепкие ноги несли его все вперед и вперед, умело нажимая на скользкие, легко бегущие лыжи.

Несколько раз мальчику казалось, что в лесу сами собой зажигаются свечки, возникают и гаснут желтые огоньки под нижними, раскидистыми ветвями елок. А когда он приближался к ним, смело разгоняя лыжи, они гасли и словно убегали, и бесшумно мелькали сероватые, призрачные тени.

Две желтенькие свечки затеплились так близко, что Тимке захотелось схватить их рукавицей. Он поднажал на лыжи, согнул колени и ринулся так быстро, что молодой любопытный волчонок, засветивший на лыжника свои глаза, едва успел отскочить в сторону и испуганно тявкнул, как щенок.

Они целой стаей давно вились вокруг маленького лыжника. Старая волчица следила издали, наблюдая эту игру так же, как она наблюдала осенние охоты своих волчат за отбившимися жеребятами. Она терпеливо ждала, когда волчата вдоволь наиграются, а жеребеночек устанет, а потом подавала сигнал, и все молодые хищники бросались на жертву...

Вот и сейчас старая мать многих волков зорким глазом следила за своей сворой. Ее погодки и приставшие к стае двухлетки и пара матерых волков все участвовали в охоте на маленького человека. Они пытались загнать его так же, как глупого жеребенка: постепенно прижимая к яру, к обрыву, чтобы никуда не ушел.