Он решился выступить в защиту Людовика XVI, и когда король был приговорен и этот мученик готовился вознестись на небеса, написал знаменитое письмо, в котором в качестве последнего средства тщетно взывал к совести палачей, предлагая им воззвать к суду всего народа.

Этот человек, вполне достойный нашего сочувствия, не успел стать совершенным поэтом. Но, пробегая глазами отрывки, которые он нам оставил, встречаешь подробности, заставляющие простить все, чего ему не хватает. Мы приведем некоторые примеры. Вот изображение Тезея, убивающего кентавра:

Когда ж Эгея сын увидел это вдруг,Горящий с очага схватил он смело сук,На крепкий круп его, не зная тени страха,За гриву ухватясь, крича, вскочил с размаха,Кентавру злую пасть с усильем растянулИ смерть с огнем туда без промаха воткнул

В этом отрывке есть то, что составляет своеобразие древних поэтов, – обыденное в великом. К тому же действие живо, все обстоятельства схвачены верно и эпитеты ярки. Чего не хватает ему? Изящной цезуры? А мы предпочтем подобное «варварство» стихам, не имеющим других заслуг, кроме безупречной посредственности.

У Овидия говорится:

Neс dicere RhaetusPlure sinit, rutilesque ferox per aperta loquentisCondidit ora viri, perque os in pectora flammas

Именно так подражает Шенье. Как мастер. Он сам сказал о рабских подражателях:

Вот ночь, и тело здесь, но дух исчез, как тень

Прочтите эти стихи с апофеозом Геракла:

...на шкуре золотойУбитого им льва, встал, в небо взор вперяя,На палицу свой торс могучий опирая,И мига ждал, когда он станет богом сам.А ветер выл, рычал. Бегущий к небесам,Огонь ревел вокруг и, скрыв его из вида,К Олимпу возносил бессмертный дух Алкида


2 из 7