— Полагаю, что мы поджидаем таких мужчин, как мистер Джиак, чтобы вместе идти по жизни, — ответила я.

Она строго взглянула на меня:

— С вами, девушками, одно беспокойство. Вы думаете, что жизнь — сплошная романтика, вроде той, что показывают в кино. Хороший надежный мужчина, который способен регулярно приносить зарплату по пятницам, куда лучше всех фантастических банкетов и цветов.

— Луиза тоже страдала этим недостатком? — спокойно поинтересовалась я.

Она поджала губы так, что они вытянулись в тонкую линию, и повернулась к плите.

— У Луизы были другие проблемы, — сухо ответила она.

— Какие?

Потянувшись через плиту, она осторожно сняла с полки сахарницу с крышечкой и поставила ее на середину стола рядом с маленьким кувшином сливок. Все это время она молчала, пока не закончила разливать кофе.

— Проблемы Луизы теперь в далеком прошлом. И они никогда вас не касались.

— А как насчет Кэролайн? Может, они касаются ее хоть в какой-то степени?

Я потягивала густой кофе маленькими глотками. Мать Луизы все еще продолжала варить этот напиток старым европейским способом.

— Они не имеют с ней ничего общего. Лучше было бы, если бы она научилась не совать нос в чужое грязное белье.

— Прошлое Луизы многое значит для Кэролайн. Луиза умирает, и Кэролайн чувствует себя очень одинокой. Ей бы хотелось знать, кто был ее отец.

— И поэтому ты приехала сюда? Чтобы рыться во всем этом хламе? Она бы лучше постыдилась, что у нее нет отца, вместо того чтобы болтать об этом с каждым встречным.

— А что, по-вашему, ей остается? — спросила я нетерпеливо. — Покончить с собой, потому что Луиза так никогда и не вышла замуж за человека, который сделал ее беременной? Вы ведете себя так, словно это целиком вина Луизы и Кэролайн. Луизе было шестнадцать или — пятнадцать, когда она забеременела. Вы что же, считаете, что мужчина не несет никакой ответственности за это?