– Ну, это никогда не угадаешь. Жеребец черный, кобыла была гнедая, жеребенок может выйти черным, либо гнедым, а может и серым, и в яблоках. Никогда не угадаешь. Бывает, у черной кобылы рождается белый жеребенок.

– Пусть лучше родится черный, и чтобы именно он, а не она.

– Если родится жеребчик, придется его выхолостить. Отец не позволит тебе держать жеребца-производителя.

– Может, позволит, – не согласился Джоди. – Я его обучу, чтобы не зловредничал.

Билли поджал губы, и соломинка выкатилась из угла рта.

– Жеребцу-производителю доверять нельзя, – категорично заявил он. – Они только и знают, что биться и куролесить. А найдет на них дурь, так они даже работать не хотят. Кобылам не дают спуску, а меринов лупят копытами почем зря. Отец не позволит, чтобы у тебя был жеребец-производитель.

Нелли неторопливо удалялась, пощипывая сухую траву. Джоди взял колосок, вышелушил из него зерна, подбросил пригоршню в воздух, и каждое заостренное оперенное зернышко поплыло по воздуху, будто стрелка.

– Билли, расскажи, как все будет. Как у коровы, когда она телится?

– Примерно. Кобылы, правда, они почувствительнее. Бывает, кобыле приходится помогать. А если что не так, то иногда… – он умолк.

– Что иногда, Билли?

– Жеребенка приходится разрывать на части, чтобы вытащить, иначе кобыла умрет.

– Но сейчас такого не случится, правда, Билли?

– Нет, что ты, у Нелли жеребята как на подбор.

– А посмотреть разрешишь? Билли, ты меня позовешь? Ведь жеребенок будет мой.

– Конечно, позову. Ясное дело.

– Расскажи, как все будет.

– Ты же видел, как телятся коровы. Тут почти то же самое. Кобыла начинает стонать, вытягиваться, а потом, если роды нормальные, появляются голова и передние ноги, потом жеребенок, точно как и теленок, передними копытами пробивает дыру. И начинает дышать. В это время лучше быть рядом, потому что, если ноги не на месте, он может не прорвать плодный мешок и задохнуться.