Китайский император Кубилай вовсе не был китайцем, а был он монгол из далеких северных степей. Он завоевал Китай хитростью и силой, после кровопролитной войны, которая длилась пятьдесят лет. И, будучи сам чужеземцем, он не доверял китайцам, а окружил себя людьми из иных стран и отдал им Китай в управление. Эти люди заботились лишь о том, как бы самим разбогатеть свыше меры, а на китайцев смотрели, как на рабов. Но хуже всех прочих иноземцев был любимец Кубилая, его первый министр, тюрк Ахмед, которого китайцы звали А-ха-ма.

Этот А-ха-ма всем распоряжался по своему усмотрению и всем управлял по своему желанию. А император ни во что не вмешивался, пил, пировал и охотился и, что бы ему ни сказал А-ха-ма, на все отвечал:

— Делай как знаешь!

В это время жил в Ханбалыке некто Чжан И, из числа офицеров, охранявших дворец. А-ха-ма похитил у него жену, мать и дочь, и несчастный Чжан И поклялся уничтожить чудовище, которое пожирало страну и притесняло народ. В этом намерении он открылся своему лругу Ван Чжу.

Этот Ван Чжу, человек огромного роста и силы, отковал богатырскую медную палицу и поклялся ею раздробить злодея. Вскоре к этим двум примкнул третий, и четвертый, и десятый, и сотый, и уже множество людей вступили в заговор и лишь ждали подходящего времени, чтобы привести свой замысел в исполнение.

Каждый год в середине третьего месяца император с наследником и со всем двором отправлялся на север за двенадцать дней пути в свой прекрасный летний дворец в Шанду. В Ханбалыке оставался А-ха-ма полновластным хозяином столицы. Жил он в своем собственном великолепном дворце, и столько там было стражи и свиты, что проникнуть туда было невозможно. Заговорщики поняли, что, если они хотят убить зверя, следует его сперва выманить из логова.