...и опять его не люблю. Солнце бывает злым. Сейчас оно очень злое. Все наши опустили листья и стонут. Если бы дождик, а потом - солнце. Одно солнце - плохо.

Пришел Костик. Ничего не могу ему сказать. Как он меня нашел? Может быть, он не злой? Некоторые люди бывают к нам добры. Костик пришел. Притащил с собой огромный чайник с водой. Такие доисторические чайники водятся только у них в поселке. Там растут - я помню - вишни, сливы и абрикосы, а у ворот рябины. А еще мак и конопля. Я все про них знаю, как и про тот мох, что растет под снегом, и про траву в пустыне, которая во время страшной жары уходит под землю. И они все знают про меня. Но как мог Костик разобрать их речь, если она непонятна злым, как непонятны нам их грубые, резкие звуки?

Я понимаю. Что говорит Костик, я понимаю.

- Дура, - говорит он, - всегда была дурой. Осина, тварь дрожащая. Пей, пей, что бы ты без меня делала, дура, осина, дура, дубина стоеросовая.

Я - осина. И мне хорошо. Меня напоили. А потом дождик пойдет.

- Завтра опять приду, идиот. С чайником таскаюсь, идиот, к дуре. А послезавтра дождь обещали, подышишь еще. Только ведь скоро осень. Облетят твои листочки, все до одного. Сперва пожелтеют, а потом облетят. Или покраснеют? Как у вас, осин, я не помню. Все равно - покраснеешь, пожелтеешь! Облетишь - пожалеешь.

Сам ты, Костик, дурак. Облетать легко. Облетать - отдавать. Потом будет новое. А зимой ты ко мне не приходи. Я тебя не услышу. Если меня зимой срубят, даже не будет больно.

Осенью приходи. Можешь по листьям походить. Они тебе все скажут. Они тебе скажут: облетишь - пожалеешь, облетишь - пожалеешь.