Бегу к Манежу. А там, кроме голубых, кого только нет. Шум, веселье. Один мазохист все клянчил: "Братцы, ну ударьте мне в пах! Ну что вам стоит? Ну не хотите в пах, вдарьте в лоб, хотя бы". Еще были эти, которые без статуи жить не могут. Как статую Ленина увидят, сразу к ней по очереди кончать бегут. Тут же зоофил с аквариумом в обнимку слонялся.

Был даже один зеленый-зеленый, по всему видать из "Грин-Писа". "Тебя тоже,- спрашиваю,- от женщин тошнит?". "Нет, отвечает,- меня с перепоя".

Еще какие-то совсем гнусные извращенцы с красными флагами к нам хотели было пристроиться. Говорят: "Ребята, если вы на Красную площадь, то нам с вами по пути". Пока на них пару садистов не выпустили, не отстали.

Ну подемонстрировали, у кого чего есть. Потом омоновцы понаехали, дубинками толпу разгонять стали. Всем по хребтине досталось. Мне, суки, чулок порвали, но больше всего пострадал зоофил. В суматохе и толчее аквариум у него разбился, а рыбок насмерть затоптали. Он дохлых рыбок в ладони собрал, на щеках слезы, а в глазах невыразимый укор: "Люди, вы же хуже, чем звери!"

Один мазохист как следует оторвался. Омоновцы еле от него отбились, так он их затрахал. То по спинке ему пройдись, то по животику.

Я только из толпы выбрался, чувствую, мою задницу уже кто-то пасет. Оборачиваюсь, дядька стоит, рожы корчит и доллары сумасшедшие тихонько показывает. Думаю: "Что ж, назвался голубым груздем, полезай в голубой кузов. Пора и к работе приступать".

Пришли к нему в номер. Там уже столик накрыт. Разговорились. "Вы поньемаете, Сьеня,- стал вещать он,- в каждом мужчине живет две натуры: мужская и женская. Но вторая, она обществом подавляется. Вы поньемаете? Мы сейчас создаем "Всемирную ассоциацию геев", целью которой будет разбудить во всех мужчинах женскую его часть".