простите Англию? Помните, ведь это Англия! Простите ее. Огастес (с сумрачным великодушием). Не бойтесь, это не окажет никакого

влияния на мое служение родине. Хотя она и оскорбила меня, но я готов

если не верить в нее, то по крайней мере управлять ею. Я не останусь

глух к зову родины. Пусть это будет роль посланника в одной из

важнейших европейских столиц, или пост генерал-губернатора в тропиках,

или же более скромная миссия - мобилизовать Литл Пифлингтон на

выполнение своего долга, я всегда готов жертвовать собой. Пока Англия

остается Англией, вы всюду на видных общественных постах найдете

представителей моего древнего рода. А теперь, сударыня, довольно о моей

трагичной судьбе. Вы пришли ко мне по делу. Чем могу быть полезен? Леди. У вас есть родственники в министерстве иностранных дел, правда? Огастес (свысока). Сударыня, министерство иностранных дел комплектуется

исключительно из моих родственников. Леди. Предупредило ли вас министерство иностранных дел, что за вами охотится

шпионка и что она намерена украсть у вас список противовоздушных

укреплений?.. Огастес (величественно прерывая ее). Все это нам в точности известно,

сударыня. Леди (удивлена и даже возмущена). Известно? Кто же вам сказал? Уж не один ли

из ваших родственников-немцев? Огастес (глубоко задетый). У меня только три шурина - немцы, сударыня. Вы

так говорите, словно у меня их целая куча. Простите, что я несколько

болезненно к этому отношусь, но постоянно ходят слухи, будто меня во

дворе отеля Ритц расстреляли как предателя только за то, что у меня

родственники немцы. (С чувством.) Если бы у вас были родственники

немцы, сударыня, вы бы знали, что ничто не может вызвать такую острую

ненависть к Германии. Нет большей радости, как увидеть в списке

немецких потерь имя своего шурина. Леди. Никто не знает этого лучше, чем я. Послушайте, что. я расскажу вам, и