Ах, вот он! Нет, это последнее письмо моей Люси. Леди (элегически). Последнее письмо подруги! Какой заголовок для фильма! Огастес (польщенный). Да, не правда ли? Люси действует на воображение, как

ни одна женщина. Кстати (передавая ей письмо), может быть, вы мне его

прочтете. Люси чудная девушка, но я не разбираю ее почерка. В Лондоне я

отдавал ее письма машинистке в военном министерстве, чтобы она их

расшифровывала и перепечатывала на машинке, но здесь у меня нет никого. Леди (с трудом разбирая почерк). Да, действительно неразборчиво. Мне

кажется, обращение гласит: "Мой дорогой Густи". Огастес (радостно). Да, да, так она меня обычно называет. Пожалуйста,

продолжайте. Леди (разбирая по складам). "Каким, - да, - каким ты стал рассеянным

старым..." - тут неразборчивое слово, не понимаю. Огастес (чрезвычайно заинтересованный). Не "болваном" ли? Это ее излюбленное

выражение. Леди. Да, кажется, "болваном". Во всяком случае, слово на букву "б".

(Читает.) "Каким ты стал рассеянным старым болваном".

Ее прерывает стук в дверь.

Огастес (досадливо). Войдите.

Входит письмоводитель, чисто выбритый, в военной форме, держит официальную бумагу и конверт.

Это еще что за потешный маскарад? Письмоводитель (подходя к столу и демонстрируя свою военную форму). Меня

зачислили. За мной явился офицер из воинского присутствия. Я получил

свои два шиллинга семь пенсов. Огастес (вставая, в гневе). Я этого не позволю! Как они смеют лишать меня

служебного персонала? Боже правый! Они скоро призовут наших псарей.

(Подходит к письмоводителю.) Чего он хотел от вас? Что он вам сказал? Письмоводитель. Он сказал мне, что теперь, с вашим назначением сюда, нам

понадобится лишний миллион солдат и в войска будут призваны престарелые

пенсионеры и вообще все кто угодно. Огастес. И вы позволили себе постучаться ко мне и прервать мою беседу с этой