Господин де Катрелис обедал за маленьким столиком перед камином. Меню его было достаточно случайным, на этот раз перед ним стояли омлет с ветчиной, оладьи, сыр и полбутылки вина. Проглотив очередной кусок, он тяжко вздыхал, словно после трудной работы. Аро наблюдал за ним, одновременно вытирая пухлыми руками стол, вминая в столешницу свой живот, раздувшийся от лишнего жира, насмешливости и суетливости хозяина. Услужливая улыбка, кривившая рот и усы, не сходила с его лица:

— Не надо отчаиваться, господин маркиз! Штраф — не смертельное дело для человека. Это пойдет в приход и расход, и я подведу черту. Разве игра не стоит свеч? А что еще? Вы обеспеченный человек, и три су не испортят вам аппетита.

— Да кто тебе сказал, что меня это огорчает!

— Мне даже сдается, что суд вас пощадил. Между нами: это ведь было ваше первое дело? Не пойман — не вор, вы совершенно правы. Выходит, наши законы направлены против отважных людей.

— Лучше налей-ка мне.

Аро извинился за то, что не предупредил его желания. От его пальцев на бутылке остались жирные следы, но господин де Катрелис этого не замечал.

— Вы чертовски ошибаетесь, придавая такое значение штрафу, я вам это точно говорю.

— Хорошо говоришь.

— Это не менее честно, чем перепрятать товар под носом у ревизора. Игра такая! Только и всего. Все сводится к одному и тому же. Вот я, например, ведь состою в прекрасных отношениях с этими господами законниками и сколько раз я готовил им подбитую дичь! Вы только посмотрите: служишь им, служишь, а тебя в качестве благодарности хватают и судят.