И тогда брак по расчету переходит в брак по любви, уважение перевоплощается в небывалую страсть! Любовь — волшебная страна: если ее и покидают, то все равно обязательно к ней возвращаются, возвращаются с постоянством ласточек, спешащих к своему гнезду. Скорее жена, чем любовница, любовь не пленница, она сама берет в плен. Это настоящий праздник души: какое изобилие несравненных даров представляет она любящему, что за цветы, улыбки, фрукты, какую музыку, тонкую и яркую! Весна, лето придают многим провинциям необыкновенную воздушную прелесть, своеобразную мерцающую красоту, когда солнечный свет, прозрачность лазурного неба, контрасты света и тени спорят с хрупкостью и томностью вечеров. Приходит осень, и опьяняющий эстрагал слабеет и умирает, подобно цветам-однодневкам. Но именно в это время, когда природа сменяет зеленое платье и головной убор из белоснежных облаков на одеяние из золота и пурпура и свинцовые тучи, любовь торжествует. В ней словно просыпается аристократизм. Я повторяю: она похожа на женщину, пользующуюся, кажется, лишь незначительным вниманием, но, внезапно, в прелестной полумгле вечера наряжающуюся в роскошные одежды и сразу же затмевающую красоту соперниц и вызывающую всеобщее восхищение. Так цвет травы, опаленной летним зноем, бурная красота дубов, темные тона сосен, наслаиваясь друг на друга, вдруг объединяются в одно неповторимое по красоте целое. Небо светится благородной бледностью. Пурпур и аметисты вечеров, аквамарин и бисер горизонтов, драгоценные камни всех цветов и оттенков начинают сверкать к концу сентября особенно ярко. В деревнях теперь раньше зажигались огни, а вдали звучали последние охотничьи рожки, смешивая свои душераздирающие жалобы с горячностью охотничьего азарта, и их звук, разносясь по полям, уносился в небо.