Плотнее задвинувшись в глухой угол, стараясь занимать собою как можно меньше пространства, я через левостороннее водительское зеркальце принялся вычислятьмашины, следующие за нами. Отбрасывал за скобки неподходящие. В результате тщательного анализа остановился на трех - тех, что не исчезали за нами на довольно длительном перегоне.

Во-первых, ближняя, малолитражка - двухдверный Плимут, вроде Запорожца; хотя в такую жестянку новые русские не сядут по приговору нарсуда. Следом, чуть позади, шла золоченая Ауди с ее, не то свадебными, не то олимпийскими кольцами на носу. Переднее колесо Ауди с искареженным колпаком игриво вихляло, как бы подмигивая. Из-за одного этого обстоятельства я не мог принимать Ауди всерьез: слишком клоунский у нее был вид. Третий автомобиль, что держался от нас дальше всех, только неясно всплывал и покачивался на горизонте розоватым пятном.

Уже в зоне своего городка, подъезжая к своей улице, я как-то сразу бац! - вспомнил, что я, как-никак, пребываю единолично в такомроскошнейшем лимузине. В кои-то веки!Я размечтался, чтобы соседка по моему кварталу,некая Джулиана П., прекрасная разведенка, вышла бы прогулять своего мопса и попалась мне на дороге. Желание прихвастнуть и добить Джулиану своим лимузином,знаю, было неуместным и легкомысленным; я его честно отгонял, но, в оправдание, мне вспоминались истории о женщинах, вконец обреченных, последним усилием подводящих губы себе перед смертью. Чем я хуже!

На мою улицу ни одна из подозреваемых машин не свернула.Пока еще нет. Все равно я подобрался, как рысь; у меня было все наготове: в левой руке закодированная записка для Фаддеева, приятеля-сослуживца, начирканная мной на ходуна обороте компьютерной распечатки; на моих коленях - коробка конторского барахла; на плече - сумка; ключ от моей Мазды зажат в правой руке...

Пулей выскакиваю из лимузина, бросаю коробку в ящик у гаража (Фаддеев там как-то мне оставлял связку пива), ныряю в Мазду, поворачиваю ключ - ж-ж, ж-ж... Не заводится!