– Детектив-сержант Кэрролл, мисс. Он в курсе многих портовых дел.

– А вы давно у него служите?

– Шесть месяцев, мисс. Он немного грубоват. Порой швыряет, что под руку попадется. Но на воришек у него нюх.

– Это ваше первое убийство, верно, констебль?

– Да, мисс. Уж и не знаю, как я к этому привыкну.

– Ну, притерпитесь со временем, – утешила Фрина. – Могу я еще чем-то вам помочь? Если нет, я отправляюсь на прогулку.

Она встала, велела господину Батлеру отвечать отказом на все телефонные звонки и проводила молодого констебля до двери.

– До скорой встречи, – сказала она мягко и вышла с ним на улицу.

С моря дул холодный ветер. Сияло солнце. Фрина надела соломенную шляпку, набросила на плечи шаль и, перейдя дорогу, направилась к морю, где гуляла в течение часа, глубоко вдыхая морской воздух и ни о чем не думая.

Фрина вернулась как раз к обеду, состоявшему из легкого салата. А затем распаковала новенькую записную книжку. Для каждого дела она всегда заводила новый блокнот. Согласно вкусам Фрины, все они были в шелковых переплетах, а ручка была заправлена особого сорта черными чернилами. Она написала на книжке «Воддингтон-Форсайт» и подняла взгляд от письменного стола: господин Батлер ввел в комнату высокого пожилого господина.

Это был худой бледный господин с блеклыми глазами и коротко остриженными седыми волосами. На вид лет шестидесяти пяти. Он сутулился: видимо, дела требовали, чтобы он просиживал в конторе от восхода до заката. В то же время он вел себя как человек влиятельный, а голос его оказался глубоким и сильным.

– Мисс Фишер, очень любезно с вашей стороны, что вы согласились принять меня. У меня… одна необычная проблема, которую… я надеюсь… вы сможете…

Фрина перебила его.

– Отчего бы вам не рассказать мне все как есть? Если я окажусь не в силах вам помочь, я не возьмусь за дело. Решения я принимаю только по собственому усмотрению, – добавила она с металлической ноткой в голосе.