– И мальчики ее не интересовали?
– Нисколько.
– А с кем она дружила в школе?
– Боюсь, что этого я не знаю, мисс Фишер. Она никогда со мной не откровенничала.
– А дневник она вела?
Кроткие глаза под бессильно опущенными веками вдруг вспыхнули. Наконец-то Фрина заслужила интерес со стороны госпожи ВоддингтонФорсайт.
– Ее дневник? О, да. Наверное, она взяла его с собой. Пожалуй, мне надо поскорее прилечь, мисс Фишер. Доктор велит мне отдыхать по три часа после обеда. Вы меня извините?
Фрина проследила, как Кристина неслышно ускользнула прочь, а затем повернулась к отцу и мальчику. Оба смотрели вслед удалявшейся фигуре.
– Я сообщу вам о результатах через неделю, – пообещала Фрина.
Она покинула особняк Воддингтон-Форсайтов, и шофер весьма заботливо доставил ее домой.
Глава третья
Добрых полчаса возле меня лежал мальчик, голову которого пробила пуля, и кровь из его раны пропитала мою одежду. Попробуйте сфотографировать ярко-алое железо, остывающее после переплавки. Вот так же выглядела и ощущалась кровь Джона. Теперь мои чувства словно обуглились. Возможно, скоро я дерзну ощупать этот ожог, но пока не могу себе позволить.
Фриной внезапно овладел приступ отвращения. Она велела Дот отыскать Берта и Сеса и пригласить их на обед, а затем взбежала по лестнице и опустилась в кресло у окна, которое выходило на море. Мисс Фишер плеснула себе в бокал немного виски и закурила. Она никак не могла забыть запах крови на своей груди, и это ее беспокоило.
«Этак ты, милочка, с ума сойдешь, – распекала сама себя Фрина. – Мало, что ли, трупов перевидала? И никакого запаха крови нет в помине. Я ведь все отмыла и давным-давно переоделась. Надо взять себя в руки. Ага, вот книжки, которые Дот принесла из библиотеки. Выпью виски и еще долью, глядишь, и полегчает».